Дата: 23.05.2022 Автор: Марина-Майя Говзман Фотограф: Максим Конанков
4658
Помочь Фонду

Жила и не плакала

В 68 лет Рашида обрела «приёмную» семью, которая спустя год вернула её, откуда взяла — в приют для бездомных

Помочь Фонду
«Зачем по имени-отчеству? Рая, да и всё!», — отмахивается она. «Раей» Рашиду называли в семье, с которой женщина жила с июня прошлого года. Её «удочерили» две сестры — Екатерина и Алёна, у каждой есть партнёр и дети — у Екатерины двое, у Алёны трое. Год назад СМИ восторженно рассказывали о чудесном обретении семьи бездомной старушкой, их показывали на центральных каналах и звали на популярное ток-шоу. За кадром осталась реальность, в которой Рашиду заставляли убираться по дому, а обещанные документы так и не сделали. Одиннадцатого июля 2020 года Рашида приехала в социальный приют «Дари Добро» на такси — оплачивать его Екатерина отказалась, и все заботы о женщине, в том числе и материальные, взяла на себя Ольга Бахтина — руководитель приюта. 

На такси приехала

Рашида появляется на пороге приюта в кокетливом красном халате в горошек. На загорелой морщинистой руке два увесистых кольца — одно в виде закрученного древесного листа, другое — с крупной стекляшкой рубинового цвета. Подарки от бывшего мужа и бывшей «приёмной» семьи. Рашида немногословна, если и говорит — то отрывисто и коротко.
Рашида у окна приюта «Дари добро»/Фото: Максим Конанков для «Если честно»

«Вот, приехала сюда на такси», — окидывает взглядом дом.

Спрашиваю, как так получилось, и Рашида пожимает плечами — она тоже не понимает:

«Мы хорошо общались [с новой семьёй], потом Екатерина, у которой я год жила в деревенском доме, стала говорить, что я плохо мою посуду, не так вытираю пол».

«Я думаю, — вставляет Ольга Юрьевна Бахтина, руководитель приюта «Дари добро», — её брали, как рабсилу — ухаживать за домом, смотреть за детьми. Но человеку семьдесят лет, о ней самой нужно заботиться: её нужно мыть, помогать ухаживать за собой».

Рашида выглядит намного старше своих лет — волосы начисто выбелены сединой, лицо в крупных морщинах, зубов почти не осталось. Ольга говорит, год назад она выглядела намного лучше, сейчас сдала — осунулась и похудела. И добавляет: «Как можно так измотать бабушку!».

В прошлом

Рашида родилась в Челябинске, работала на почте и табельщицей на заводе. Семья у неё была небольшая: родителей давно уже нет в живых, родного брата, Фёдора, убили в начале нулевых — он возвращался домой ночью, на него напали — первый же удар оказался смертельным.
Рашида/Фото: Максим Конанков для «Если честно»

«Тяжело было, родная душа», — отстранённо говорит Рашида.

Большая часть её жизни остаётся скрытой — непонятно, почему женщина продолжала ходить с советским паспортом, неизвестно, что стало с её мужьями: сама Рашида говорит, что они, все трое, умерли от рака, но волонтёры в одном из приютов, где она была до «удочерения» утверждают, что с мужьями она разводилась и все они живы.

«Она любит читать книги, — говорит Ольга, — и, как это бывает у пожилых людей, фантазии начинают перемешиваться с реальностью».

С последним мужем Рашида жила на садовом участке — у них был маленький домик, небольшой огород. Потом случился пожар — деревянное жилище выгорело дотла. Так Рашида оказалась на улице.
Рашида в «Дари добро»/Фото: Максим Конанков для «Если честно»

Женщина несколько месяцев спала на скамейке. Что произошло с мужем — неизвестно. Сама она уверенно говорит, что он страдал от рака лёгких и первое время они скитались вместе, но в одну ночь ему стало плохо, от помощи «скорой» он отказался — и к утру умер.

«Я испугалась, ревела. Но вот человек ушёл — что уже сделаешь?», — говорит Рашида.

Однажды незнакомая женщина отвела её в благотворительную столовую, где кормят бездомных — оттуда Рашиду забрали волонтёры в приют города Копейска.

«Туалет на улице, воды нет, — рассказывает она. — Но я и там помогала: мыла посуду, чистила картошку, морковку».

Потом приют закрылся, и Рашида вернулась в Челябинск, а там попала в другой, где руководитель сообщила ей, что есть семья, которая хочет «удочерить» женщину.

Новая семья

«Я сначала не хотела — боязно, не знаешь людей, мало ли что будет, — спокойно вспоминает Рашида. — Так и вышло — спустя год Катя отдала меня обратно. Сказала: “Я бы тебя не вернула, но ты ничего не делаешь”, а я ведь, когда в реабилитационном центре жила, и мыла, и готовила — никто не жаловался».
Рашида/Фото: Максим Конанков для «Если честно»

Рашида согласилась отправиться в новую семью: в июне прошлого года её забрали в частный дом города Троицка, и местные СМИ сразу выпустили несколько трогательных материалов о «приёмной семье», участвовали они даже в популярном ток-шоу на федеральном канале, автобус со снимком «бабы Раи» курсировал по Челябинску.

«Я её потом спрашивала, — говорит Бахтина, — ты понимаешь, что на тебе делали рекламу? Ты хоть что-то с этого получала? Но ничего она, конечно, не получала».

Поначалу в новой семье всё было хорошо. Летом Екатерина, Алёна, их мужья и дети жили в Троицке. Рашида ухаживала за огородом, присматривала за детьми — те сразу стали называть её «бабушкой». Когда лето кончилось, все разъехались — в доме осталась только Рашида и старший сын Екатерины — восемнадцатилетний Женя, который кое-как учился в местном колледже, но, в основном, по словам Рашиды, сидел дома и играл в компьютерные игры. Женщина топила печь, готовила, стирала, ходила в магазин за продуктами.
Рашида/Фото: Максим Конанков для «Если честно»

«Я скептически отношусь к тому, чтобы пожилых людей отдавали в семьи, — говорит Ольга Юрьевна. — Чаще всего это будет ради рабского труда или чужой пенсии. К тому же, у людей старшего поколения уже сложившийся характер, это взрослый чужой человек, зачем брать на себя такую ответственность, если не можешь с ней справиться?».

Весной этого года в мире началась пандемия нового коронавируса, Екатерина осталась без работы, а её муж уехал на заработки в Москву. Она решила продать дом и забрала Рашиду с собой в Екатеринбург. Всё это время «бабе Рае» обещали сделать документы, но по-настоящему процесс продвинулся лишь после того как Екатерина приняла решение вернуть свою «удочерённую бабушку» туда, откуда взяла.
Рашида/Фото: Максим Конанков для «Если честно»

С корреспондентом «Если честно» Екатерина говорить отказалась — женщину атакуют репортёры. За несколько дней до нашего звонка она общалась с журналистом Е1, издание приводит её слова:

«Сложились тяжелые финансовые обстоятельства <…> Я работала в сфере общепита, из-за коронавируса осталась без работы. Муж умер. Получаю пособие по безработице. Квартира не своя, а съёмная. Платить за неё больше не могу. Меня приютит сестра, буду с детьми жить в её квартире, там ещё её муж и трое детей. Но взять к себе ещё и бабушку сестра не согласится <…> журналисты придумали, пели дифирамбы, возили на программы в Москву. Сейчас, когда мы оказались в таком положении, никто из активистов-общественников, которые пиарились на нас, не предложили помощь. <…> Я полтора года содержала бабушку сама. Содержала бы и дальше, если бы не коронавирус. Хотя характер у неё непростой, провела на улице не два месяца, а лет шесть, была бездомной».

«Она же не собака!»

«Она мне говорит: “Я тебе паспорт сделаю и отправлю, поедешь в приют?” — я сказала, что поеду, а какой у меня был выбор? Она уже и вещи мои собрала. Говорю ей: “Отправь, я на колени вставать не буду”. Она думает, что я тихоня, а я никакая не тихоня, — впервые в голосе Рашиды звучит обида. — Она говорила, мол, ты не умеешь и не хочешь ничего. Всё ей не нравилось, что я делаю. А что я? Выйду на улицу, поплачу, успокоюсь и вернусь обратно».

Несколько дней назад Екатерина позвонила Ольге:

«Она мне сказала: “Можете бабушку принять на передержку?”. Я говорю: “Вы что, на какую передержку, она же не собака!”. Екатерина сказала, что сама её не поведёт, а денег на такси нет. Говорю ей: “Вызывай такси, я оплачу”».
Рашида/Фото: Максим Конанков для «Если честно»

Никаких специальных документов оформлять не потребовалось — юридически «удочерение» никак не регистрировали, опеку — тоже, так как Рашида оставалась дееспособной. От первого звонка Ольге до переезда в приют прошло два дня. Рашида приехала в «Дари Добро» без денег и документов.

Привыкнуть к новому

«Когда я приехала, Ольга меня встретила словами: “Значит, она тебя всё-таки отдала”», — рассказывает Рашида. Говорит, что скучает по внукам: «Привыкла к ним. Ничего, отвыкну. Я быстро привыкаю к новым местам, такой уж я человек — не каждый так может, а я на улице жила и не плакала. Но больше ни в какую семью не поеду. Мне здесь хорошо: тут чистое бельё, вкусно кормят».

Ольга ожидала, что после случившегося у «бабы Раи» будет психологическая травма, но женщина быстро приходит в себя: хорошо ест, общается с другими постояльцами приюта, спрашивает, чем можно помочь.
Рашида у окна/Фото: Максим Конанков для «Если честно»

Благодаря помощи Ольги в конце июля Рашида получит новый паспорт, останется только уплатить штраф за просроченный документ — много лет она жила с советским удостоверением личности. После этого можно будет заняться оформлением пенсии — её Рашида никогда не получала.

Бездомным может стать каждый. Сейчас в социальном приюте «Дари Добро» пятьдесят два человека разного возраста — у каждого из них своя тяжёлая история, приведшая их в это место, и каждому необходимо помочь. Приют существует только на частные пожертвования и силами Ольги и волонтёров — иных источников дохода и ресурсов у него нет. Мы с вами можем помочь — пожалуйста, подпишитесь на небольшое но регулярное пожертвование в пользу приюта «Дари Добро» в конце этой страницы, чтобы каждый, кто потерял дом, обрёл надежду.