Дата: 21.10.2020 Автор: Марина-Майя Говзман Фотограф: Максим Конанков
1084
Помочь

Всё как у людей

Жизнь Оксаны и Алексея была тяжёлой — в ней были бедность, потери близких, зависимости, которые сменяли одна другую. Пока не появились люди, готовые помочь

Помочь

На свет

Мы встретились на грязной размытой дороге окраины Красноуральска. Слева высится церковь с потрескавшимся фасадом, по словам Оксаны, «без батюшки, только прихожане и остались». Мы идём к дому, и почти сразу она говорит: «Даже ваш приезд усмотрен богом, он вас послал, как послал нам когда-то Ольгу и всех сотрудников из “Нового времени” – это они нас нашли».

«Дорогой Господь, небесный наш отец, я благодарю тебя за наших гостей, благодарю тебя за эту встречу, благослови наше общение, наши сердца, Господи, благослови эту пищу, которой ты наш кормишь....», – Оксана сидит за столом. Прежде чем прикоснуться к еде, складывает перед собой руки, закрывает глаза и читает молитву. На её правой руке плохо набитая татуировка. Левая рука в шрамах.

Порой руки человека бывают красноречивее слов / Фото: Максим Конанков для «Если честно»
Порой руки человека бывают красноречивее слов / Фото: Максим Конанков для «Если честно»

Туда и обратно

Летом девяносто четвёртого года двенадцатилетняя Оксана села в поезд и из родных Березников уехала к отцу и мачехе в Астрахань, потому что её маму лишили родительских прав.

«Я маму очень любила, – говорит она. – Когда та не выпивала, пыталась меня воспитывать, бывало, даже водила в кафе. Всё было хорошо, пока к ней не приходили гости».

Когда маму Оксаны лишали родительских прав, об этом сообщили отцу. Сказали, если он явится на суд и заявит права на ребёнка, дочь останется с ним, либо родительских прав лишат и его. Он приехал из Астрахани с новой женой, Надеждой. Оксану забрали.

«Бабушка моя очень не любила папу из-за его образа жизни: он воровал. Так и оказался в Астрахани: грабил товарные вагоны, его поймали, в той же области дали срок. Там он расписался с Надеждой, им выделили барак. А бабушка с дедом были коммунистами, ветеранами труда».

Жизнь в Астрахани была нелёгкой. Оксана работала – сначала нянечкой в детском саду, потом по осени начался сбор урожая на полях, и она все дни проводила там. «Одни единственные туфли у меня были, на каблучке с бантиком. Носы расклеятся, папа склеит, потом они опять расклеятся, снова папа их склеит. Они становились всё меньше и меньше, ходить в них было уже невозможно, — вспоминает она. — Я скучала по маме, какая бы она ни была, я всё равно её любила. Хотела домой».

Оксана поняла, что настоящий дом — это место, где тебя ждут любимые люди / Фото: Максим Конанков для «Если честно»
Оксана поняла, что настоящий дом — это место, где тебя ждут любимые люди / Фото: Максим Конанков для «Если честно»

Однажды мама заказала на почте переговоры из Березников в Астрахань. «Березники, первая кабина!», – звучал голос из динамика. Оксана зашла в кабинку, сняла трубку, услышала мамин голос и расплакалась. Люди собрались и смотрели на неё, а девочка умоляла: «Мама, забери меня, иначе я пойду пешком». Мама пообещала. С того дня Оксана стала её ждать.

Летом следующего года Галина, мама Оксаны, села в поезд. И пропала.

«В ночь на второе января, – говорит Оксана, – папа с Надеждой оставили меня дома и на мотоцикле с люлькой повезли своих сыновей в гости. Я осталась одна. Барак с общим коридором – когда кто-то приходит, во всех комнатах слышно. Я сидела в кухне и услышала, как хлопнула входная дверь, услышала шаги и мамин голос. Будто она спросила у соседей: "А где Белоусова живёт?". Я кинулась в коридор, но там никого не было».

В эту ночь маму Оксаны убили. Оказывается, она полгода жила с мужчиной. После новогодней ночи они поссорились, и он несколько раз ударил её ножом. Только летом, спустя год после пропажи, бабушке пришло уведомление из милиции: нашли изуродованное тело с ножевыми ранениями. Оксана уже два года жила в Астрахани, ей ничего не сказали.

Оксана снова позвонила домой и сказала бабушке, что жить в Астрахани невыносимо: «Я знаю, что мне нужно ехать в Березники, я маму обязательно найду!». Бабушка написала папе письмо: «Анатолий, если ты нам внучку не отдашь, я тебя разнесу в пух и прах». Выслала ему деньги на дорогу. Тот вместе с Надеждой отправил дочь обратно в Березники. В чужих кедах, которые Оксане нужно было вернуть назад – её туфли совсем развалились.

В Березниках

«Приехали мы к бабушке, она стояла у грядки. Обернулась, увидела меня, начала осматривать руки, лицо, плакала. Мы с ней остались одни со своим горем, она мне всё рассказала. Наговориться не могли, только поздней ночью легли спать. Проснулась – дедушка вернулся с работы и бросился меня целовать, бабушка плачет: “Мишка, девку нам босую привезли!”. Дедушка быстро нас собрал, и мы поехали на рынок за одеждой. Был девяносто шестой год, купили всё, что отвечало тогдашней моде: спортивный костюм Puma, кожаную куртку, кроссовки, джинсы, свитер», – рассказывает Оксана.

Осенью она начала ходить в школу. Вечером, по дороге домой, часто видела, как во дворе кто-то из парней играет на гитаре, гуляют ребята. Её бабушка гулять не отпускала. От мамы у Оксаны осталась квартира, которую бабушка сдавала. Оксана сказала бабушке: «Мне нужна свобода. Буду жить в этой квартире одна».

После пережитого горя Оксана решила, что хочет свободы и независимости / Фото: Максим Конанков для «Если честно»
После пережитого горя Оксана решила, что хочет свободы и независимости / Фото: Максим Конанков для «Если честно»

Подкралась «ханка»

Квартира, где начала жить Оксана, находилась в обычном районе Березников – здесь она провела детство, все ребята знали её и помнили её маму.

«Сначала мы попробовали спиртное. Потом подкралась “ханка”, – говорит Оксана. – Ребята предлагали и мне, но я отказывалась. Они уговаривали, убеждали, что с первого раза беды не будет.

Однажды я решилась. Они так щепетильно к этому отнеслись: показали на свету цвет дозы, подожгли мне сигарету – это было как ритуал. Мне сделали укол.

Когда они разошлись, я тоже пошла по делам. Зима, холод. Иду, а мне петь хочется. Эйфория. И я загорелась. Один раз угостили, а больше угощать не будут. Нужны были деньги – я поселила квартирантов, взяла у них деньги на полгода вперёд.

Ребята нашли мне "квадрат". Там был притон, где жила одна женщина, Оля. У неё было много детей, у старшего была кличка Казбек, он нюхал клей и краску, вся его одежда этим пропахла. Люди приходили за дозой, могли что-то принести поесть детям. Там я какое-то время жила, деньги от квартиры отдавала ребятам за наркотики».

Однажды Оксана ждала ребят с дозой. В дверь постучали. На пороге стояла разъярённая бабушка. Оксану привезли на дачу, она не сопротивлялась. Поначалу вспоминала о наркотиках и плакала – хотелось невыносимо. Но прошло несколько месяцев, и всё успокоилось.

Оксана не стала поступать в десятый класс и через центр занятости устроилась на овощебазу. Бабушка с дедушкой говорили: «Мы же тебя не гоним, учёбу оплатим». Но хотелось независимости. Там Оксана познакомилась с Денисом. Он недавно освободился. Ему был двадцать один год, Оксане – шестнадцать. Они стали жить у то у него, то у Оксаниных родных. Бабушка с дедушкой Дениса приняли.

«Друзья»

Друзья Дениса отбывали сроки в тюрьме. Сначала освободился Сергей. Он приходил к Денису, говорил: «Работы толком нет, тебе что, нравится так жить?». Потом вышел Боря. Втроём они сколотили свою «бригаду». Оксана знала, что они избивают людей, забирают у них деньги. Однажды нарвались на милиционеров в штатском: забрали у них удостоверения, наручники.

«Однажды они придумали план, в котором и я должна была участвовать, – говорит Оксана. – Я должна была остановить машину, чтобы водитель меня подвёз до дома, где они ждали нас и должны были выскочить – якобы, милиционеры. Мол, я торгую наркотиками и меня нужно задержать, а водитель может оказаться сообщником.

Так и произошло. Они велели ему залезть в багажник, а сами сели за руль и поехали “в милицию, чтобы во всём разобраться”. Но на пути нам встретились гаишники, которые увидели, что машина виляет. Всё произошло быстро: нам перегородили дорогу. Серёжа с Борей выскочили из машины и убежали. Я была в ступоре и не могла шевельнуться. Денис сказал, что меня не бросит и остался».

По горячим следам Борю и Сергея задержали быстро. Шёл девяносто девятый год. Дениса и его друзей к тому моменту уже искала вся местная милиция. В день их поимки у всего отделения был праздник. Молодых людей спустили в подвал, где сильно избили. Надевали на голову противогаз и брызгали чем-то едким внутрь, заставляя во всём сознаться. Оксану не тронули. Всех оставили в изоляторе. Там же Оксана узнала, что беременна.

Марина

«Первые сутки сижу, вторые сижу, а на третьи мне стало плохо: закружилась голова, я упала. Тут девчонки подоспели. Одна из них спросила: “Ты беременна?” – да нет же, просто воздуха не хватает». Под конвоем Оксану отвезли к гинекологу. УЗИ показало пять недель.

Бабушка передала Оксане записку: «Ребёнка уберёшь: нам уроды в семье не нужны, в этих стенах ничего хорошего родиться не может. Оставишь – мы от тебя с дедом откажемся». Она не послушалась.

Несмотря на проблемы с законом и наркотиками, Оксана решила оставить ребенка / Фото: Максим Конанков для «Если честно»
Несмотря на проблемы с законом и наркотиками, Оксана решила оставить ребенка / Фото: Максим Конанков для «Если честно»

Потом был суд. Это было громкое дело, о котором писали в газетах. Следователь смотрел на Оксану в упор и говорил: «Ты знаешь, какой срок из-за этой ерунды получишь?». Ей дали девять лет общего режима. Никто не верил, что срок будет таким большим: ранее не привлекалась, ещё и беременная.

«Люди думали, я не выношу: нас возили по этапам: столыпинские вагоны, тяжёлые сумки, потом автозаки, холод, отношение конвоя. Дубинкой бы дали разок и всё. Но бог уберёг», – говорит она.

В тюрьме начались схватки. Оксану отвезли в роддом, роды принимал главврач. Она помнит его: с засученными рукавами, в белом халате, из кармана которого торчали папиросы. После родов Оксана три дня пролежала в палате, пристёгнутая наручниками к кровати, под наблюдением конвоя. Дочь назвала Мариной.

Вместе с новорожденной их перевезли в челябинскую колонию, где они жили в местном доме матери и ребёнка. Туда приезжали и бабушка с дедом. Правнучку они полюбили. Когда Марине исполнилось полгода, они забрали её из колонии.

На воле

Оксана отсидела восемь с половиной лет. Когда вышла, дедушки уже не было в живых.

«Марина так меня любила, проходу не давала, на колени залезала, всё говорила, какая я красивая. Бабушка стала её сильно ко мне ревновать. У нас начались ссоры. Я ушла. Дочку не стала забирать – куда я её поведу, я и сама не знала, куда мне идти». Коллега Оксаны поселила девушку у себя. Бабушка сменила замки. Потом Оксана узнала, что Марина оказалась в приюте.

«Я стала её навещать, а она меня видела и с другого конца коридора бежала. Я приходила, но нечасто. Загуляла. Проснётся во мне, вспомню, деньги появятся, наберу деликатесов, принесу. Потом мне воспитательница сказала: “Оксана Викторовна, вы или ходите почаще, или не приходите совсем, не разрывайте ей сердце, пусть она вас забывает”. Так я потеряла дочь», – говорит Оксана.

Марину удочерили. Общаться с кровной мамой она не хочет.

Алексей

Девушка переехала в социальный центр и там же познакомилась с Алексеем. Он тоже недавно освободился из тюрьмы. В 2007 году они расписались. Вместе снова начали употреблять наркотики и вскоре их снова посадили – за кражи. У обоих в тюрьме обнаружили ВИЧ-инфекцию. Алексея выпустили из тюрьмы раньше.

«От Лёши я получила два письма, – говорит Оксана. – Он писал, что приедет. Я была такая счастливая: ко мне муж приедет! И тишина. Сердце почувствовало неладное. Потом приходит письмо. Конверт засаленный, в пятнах. Я взяла его и боюсь читать. Открыла: “Оксана, ты меня прости… я катаюсь на крокодиле, он кусает меня очень серьёзно, думаю, недолго мне осталось. А жить так охота” – он пытался завуалировать, что подсел на тяжёлый наркотик, “крокодил”.

Выйдя из тюрьмы, Алексей вновь начал употреблять наркотики, однако сумел вовремя остановиться / Фото: Максим Конанков для «Если честно»
Выйдя из тюрьмы, Алексей вновь начал употреблять наркотики, однако сумел вовремя остановиться / Фото: Максим Конанков для «Если честно»

Я едва устояла на ногах. И никуда не спрячешься, чтобы поплакать. Выбежала на улицу, за вешала, на которых сушилось бельё, в небо посмотрела и как завою».

Оксана написала отказ от режима содержания и закрылась в одиночной камере. Там она ежедневно молилась, просила спасти мужа. В общей сложности она провела в одиночестве почти четыре месяца. В это время Алексею предложили работу на железной дороге, и он уехал из города – подальше от наркотиков.

Дом

В 2013 году Оксана освободилась. Вместе с Алексеем они жили в реабилитационном центре Екатеринбурга. Спустя несколько месяцев она узнала, что ждёт сына. Там, в центре, их нашли представители организации «Новое время».

Они отвезли отвезли Оксану в Центр СПИДа, помогли встать на учёт по беременности. Сотрудники организации сами возили Оксану к врачам и добились, чтобы она получала препараты для профилактики передачи вируса от матери ребенку во время беременности и родов. Антон родился здоровым.

Кормить грудным молоком Оксана не могла: ВИЧ может передаться ребенку через молоко матери. «Новое время» обеспечивало Антона детским питанием, сотрудники возили ребёнка к педиатру Центра СПИДа для наблюдения и обследования. Алексей работал, но спустя год Оксана забеременела Дашей, а у мужа выявили туберкулез и положили в стационар. В сложный период «Новое время» продолжило помогать Оксане одеждой и продуктами.

Семья купила квартиру в Красноуральске — впервые у Алексея и Оксаны появился свой угол. Там же у Оксаны родился четвёртый ребёнок — сын Ваня.

Фонд "Новое время" поддерживает семью Оксаны и Алексея одеждой, продуктами и медицинской помощью / Фото: Максим Конанков для «Если честно»
Фонд "Новое время" поддерживает семью Оксаны и Алексея одеждой, продуктами и медицинской помощью / Фото: Максим Конанков для «Если честно»

Фонд «Новое время» помогает детям, чьи родители больны ВИЧ-инфекцией, наркоманией, алкоголизмом. Сотрудники фонда посещают сложные семьи и помогают родителям справляться с трудностями и преодолеть зависимости. У каждого человека должна быть возможность начать нормальную жизнь. Пожалуйста, подпишитесь на небольшое, но регулярное пожертвование по форме ниже, чтобы у людей, которые оказались в беде, была возможность выкарабкаться.

Спасибо, что дочитали до конца!

Благотворительные организации и социальные проекты решают важнейшие социальные проблемы, с которыми не может справиться государство. Они системно помогают людям, образуют общественный диалог на тему насущных проблем, будь то социальное сиротство, социально значимые заболевания или экстренная помощь пострадавшим от насилия людям или животным.

Вы можете поддержать описанное НКО, оформив ежемесячное пожертвование по форме ниже, чтобы сотрудники могли планировать работу, расширяться и просто продолжать поддерживать тех, кому это необходимо. Спасибо за ваше неравнодушие!



Назад

Отправьте SMS на короткий номер 3443 с текстом сообщения: ЛЮДЯМ 100

«ЛЮДЯМ» - идентификатор пожертвования нашего фонда, 100 — сумма пожертвования в рублях.

Обратите внимание, что между идентификатором и суммой обязательно должен стоять пробел!

Для пожертвования конкретному проекту, укажите его название после суммы, поставив между ними пробел.

Услуга доступна для абонентов «Билайна», «Мегафона», «МТС» и «TELE2»

Комиссия с абонента — 7,5 %.
Пожертвование осуществляется на условиях публичной оферты


Уральский банк ПАО Сбербанк
БИК 046577674
к/с 30101810500000000674
р/с 40703810716540002434
ИНН/КПП 6685104760/668501001

Ф ТОЧКА БАНК КИВИ БАНК (АО)
БИК 044525797
к/с 30101810445250000797
р/с 40703810710050000610
ИНН/КПП 6685104760/668501001