Дата: 22.08.2022 Автор: Катерина Уткина Фотограф: Татьяна Уфимцева
Помочь

С огнём в глазах

Рассказываем, как «Фонд Ройзмана» помог приюту хаски в восстановлении после пожара

Помочь

Чтобы добраться до хаски — надо действительно этого захотеть. Вводя координаты долготы и широты в поисковую строчку веб-карты, думаешь, что не каждый человек поедет в северные окрестности Каменска-Уральского потискаться с животными. Как же показывать потенциальным хозяевам собак?

Ответ простой: кто серьёзно настроен — тот и доехать сможет, и с хаски справится.

Фотография Татьяны Уфимцевой для Фонда Ройзмана
Фотография Татьяны Уфимцевой для Фонда Ройзмана

На экране окна два часа мягко тянется пастораль: полуразрушенные церквушки в посёлках, кукурузные поля под небом, игры пастуха с телятами. Единая плоскость неба и земли кренится — поворачиваем на ферму вниз по склону. Работяги вышли из ближайшего магазина, провожают взглядами: не привыкли, что по их посёлку ездят арендованные машины. Приют HuskyEkb только недавно переехал сюда и пока не проводит регулярные выгулы подопечных собак с посетителями.

— Мы дни открытых дверей не проводим пока, потому что стройка. Но на смотрины приезжают, да. Ещё у нас есть опекунская программа; опекуны к своим подопечным приезжают, — улыбается Наталья, работница приюта.

Жестом она приглашает нас в низкий ангар. Земля покрыта крупным щебнем, по обеим сторонам тянутся прямоугольники древесины, шифера, фанеры. В тени, накрытые теплоизоляционными лентами, стоят холодильники с мясом. Взгляд по широкой дуге не спотыкается об обгоревшие блоки.

Фотография Татьяны Уфимцевой для Фонда Ройзмана
Фотография Татьяны Уфимцевой для Фонда Ройзмана


— У вас здесь был пожар?
— Нет, не здесь, подальше, на кухне.


Дымный вечер

Влажный июньский воздух стелется по жёлтому полю. Работники приюта HuskyEkb — единственного в Екатеринбурге приюта для хаски, самоедов и маламутов — закончили свою работу: собаки накормлены и выгуляны, строительные работы на сегодня завершены, на завтра смены составлены. Они недавно переехали сюда по необходимости: раньше приют был в Горном Щите, намного ближе к городу, чем сейчас, его окружали огороды и частные дома, жители которых постоянно жаловались на собачий лай.

— Вы же знаете, хаски — «певцы». Если один начнёт выть — остальные подхватят, — рассказывает Наталья.

Фотография Татьяны Уфимцевой для Фонда Ройзмана
Фотография Татьяны Уфимцевой для Фонда Ройзмана

Чтобы не мешать соседям и сохранить приют, руководители решили переселить подопечных подальше от людей: на большой участок неподалеку от фермы на востоке области. Здесь до горизонта — ни души: только перелески, поля да ухабистая двухполосная дорожка. Раньше тут было пельменное производство, и от бывших хозяев осталось несколько бетонных строений, в том числе — большая кухня с промышленной мясорубкой, холодильниками и широкими столами. Самое то для семидесяти активных собак: есть, где порезвиться, есть, на чём готовить натуральный корм. Но всё-таки нужно достроить вольеры и ангар, перенаправить воду, заменить проводку на кухне. Приют активно строился.

Тем вечером, когда работники ушли, проводка вспыхнула. Дым быстро поднялся в небо, и его увидел знакомый работников приюта на ближайшей лесопилке. Сразу позвонил сотруднику HuskyEkb, Вячеславу, и вызвал пожарных. К их приезду огонь уже охватил железную крышу, стены прогорели почти насквозь, техника, стройматериалы и бойлеры внутри были потеряны. Под угрозой оказались вольеры с собаками. Но, благо, пожарные успели всё потушить.

Фотография Татьяны Уфимцевой для Фонда Ройзмана
Фотография Татьяны Уфимцевой для Фонда Ройзмана

— Мы собак буквально за неделю или за две переселили отсюда. Нам надо было ещё с платной передержки забирать собак, и мы всё с Настей [директором приюта] думали забрать их сюда [в помещение кухни]. Думали, думали, и решили пока не забирать. Они как раз новенькие, с ними надо было знакомиться. Потом, когда мы обе приедем, разберёмся. Не забрали, к счастью огромному.

Первую неделю после пожара работники не могли отойти от ужаса. В социальных сетях разлетались фотографии обгоревших руин, люди спрашивали, чем и как помочь, приезжали журналисты. Надо было менять планы строительства, согласовывать их со строительными экспертами, рассчитывать цены, искать поставщиков, делать программу работ, привлекать пожертвования. И самое главное: решать, как теперь кормить собак. Дюна проблем, казалось, погребла приют.


«Невоспитанная» порода

Наталья идёт вдоль стены ангара, открывая по очереди каждую дверь.

— Здесь у нас будет новая кухня. Вот, плиточник уже нам плитку клеит. А тут будет грумерская [помещение для груминга — ухода за шерстью]. А вон там, — Наталья указывает на самую дальнюю закрытую часть ангара, — теплые помещения с вольерами для тех, кто болеет.

Дверь открывается, и нас на несколько секунд оглушает лай, вой и топот не менее двадцати собак. Они носятся у решёток, кто-то прыгает на стены и чуть ли не на потолок, сносят вёдра с водой и прыгают друг на друга. Ощущение, что это восторженное приветствие никогда не кончится, пока не перегладишь всех.

Фотография Татьяны Уфимцевой для Фонда Ройзмана
Фотография Татьяны Уфимцевой для Фонда Ройзмана

В решётки суются морды самых разных форм: одна собака похожа на корги, вторая — на обычную дворняжку, третья — на маламута и акита-ину одновременно. Чистопородных хаски тут тоже много: они выделяются своими бледно-голубыми глазами и «волчьим» видом. Но всё-таки много помесей.

— Никто не занимается никакой селекционной работой, а хаски очень дружелюбны к людям, очень ласковы. Если у собаки проявляется какое-то нежелательное поведение [в рамках породы], она к разведению не допускается. А у нас же как в объявлениях: «Наш мальчик ищет подружку», — и всё. А что будет за подружка, что с документами — никого не волнует. Зачем вы этим занимаетесь — не понятно.

Метисы — не самая главная проблема хаски. Эта порода уже давно попала в ловушку собственной «милоты». Люди в кино, роликах, блогах, на фотографиях видят красивую мордашку, яркие глаза, плюшевость, и только на этих основаниях решают завести собаку. Хаски подрастает, и хозяева вдруг узнают, что та самая гиперактивность, про которую они читали вскользь, — чуть ли не преуменьшение. Хаски нужно очень много двигаться, причем не «бездумно», а с дрессурой и корректировкой поведения, иначе собака вырастет невоспитанной. Хозяева не справляются с неуправляемым плюшевым волком, который грызет и дерёт всё подряд. Так собаки и оказываются на улице.

Фотография Татьяны Уфимцевой для Фонда Ройзмана
Фотография Татьяны Уфимцевой для Фонда Ройзмана

Конечно, причины бывают и более прозаическими, как и у всех брошенных животных. 

— Лаймуша у нас уже года четыре, — Наталья указывает на огромную пушистую хаски, которая скользит передними лапами по полу, подтягивая всё тело. — У нее нет задней лапки. Она с севера к нам приехала. Она попала в ДТП, ей там лапу отрезали, во вторую лапу поставили спицу. Так-то ей спицу надо было из лапы вытащить, но никто этого не сделал, потому что хозяин выкинул её на улицу. Сейчас спица уже разрушила коленный сустав. Она слепая. Но она очень добрая, её можно тискать, гладить, хоть она вас не видит.

Фотография Татьяны Уфимцевой для Фонда Ройзмана
Фотография Татьяны Уфимцевой для Фонда Ройзмана

Через два вольера от Лаймуши прыгают ещё три хаски. Они приехали в приют зимой: их забрали со двора заброшенного дома. Их хозяин давно умер, а они бродили по окрестностями «дикими». В другой стороне лежит большой пёс с обрезанным хвостом и ушами. Сразу видно, что он метис хаски и алабая.

— По нему видно, что из него хотели сделать как раз охранную собаку. Но он такой плюшечка. Я так полагаю, что именно из-за этого он и оказался на улице: хоть он и облаивает, но готов зацеловать всех, лишь бы зашли и погладили.

Наталью вновь прерывает отчаянный лай. Оглянувшись, мы видим, как другая работница приюта завозит в помещение тачку с мисками. Сегодня у собак «рыбный день», то есть фарш из рыбы на обед. Порции съедаются мигом, а вот кто-то уже полез к соседу за добавкой или в ведро за водой.

Фотография Татьяны Уфимцевой для Фонда Ройзмана
Фотография Татьяны Уфимцевой для Фонда Ройзмана

До пожара на кухне типичный рацион хаски был таким: берём 200 граммов гречи, развариваем её до кашеобразного состояния, добавляем 150 граммов термически обработанных овощей, кладём максимум 400 граммов мяса и сдабриваем блюдо 5 граммами масла и витаминами. По подсчетам работников, это — оптимальная еда для таких собак.

Но сейчас кухни у приюта нет, им попросту негде обрабатывать все ингредиенты. Благо, у нас сейчас жаркое лето, и еды нужно меньше. Но на одном только мясе и фарше долго сидеть собакам нельзя, а осень близко. Новая кухня нужна как можно скорее.


Возможности и потребности

Из помещения Наталья ведёт нас во «двор». Отдалённо слышится лай ещё десяток собак, но их перекрывает звук пилы: строители обрабатывают древесину для будущих вольеров. Справа от нас стоит закрытое бетонное здание — та самая сгоревшая кухня. Сейчас она представляет собой четыре обожженных изнутри стены с расплавленным проводами, остатки плитки, следы от промышленной мясорубки и небольшие стога сена. То тут, то там уже прорывается растительность. Решётки на окнах потемнели. Стёкол нет.

Фотография Татьяны Уфимцевой для Фонда Ройзмана
Фотография Татьяны Уфимцевой для Фонда Ройзмана

Вольеры во дворе расставлены рядком вдоль фанерной стены буквой Г, образуя в середине широкое пространство — будущую площадку для выгула. Собаки, завидев людей, прыгают чуть ли не выше забора, привлекая к себе на потискаться. А вокруг только стройматериалы, лес и обмелевший пруд, где предыдущие владельцы разводили карпов.

— Карпов у нас давным-давно нет, но мы хотим расширить пруд, потому что собакам очень нравится в нём плескаться, — улыбается Наталья.

Чтобы окинуть взглядом всю территорию, нужно повернуть голову на все 180 градусов. Фронт работ кажется бесконечным. После пожара работники приюта составили большую программу по восстановлению приюта, полностью согласованную со строительными экспертами. Будет и хорошая кухня, и ещё больше вольеров, удобный выгул, пруд, помещения для работников, комната для груминга. Всё будет. Но на это нужны деньги.

Фотография Татьяны Уфимцевой для Фонда Ройзмана
Фотография Татьяны Уфимцевой для Фонда Ройзмана

После новостей о пожаре мы в «Фонде Ройзмана» просто не могли остаться в стороне и почти сразу же предложили HuskyEkb финансовую помощь в размере 300 тысяч рублей, чтобы они могли закупить хотя бы часть нужных материалов на самые необходимые и срочные помещения: вольеры и кухню. Чтобы все семьдесят собак приюта смогли спокойно переехать на новое место, полноценно питаться и найти новых ответственных хозяев.

«Фонд Ройзмана» это не только про помощь людям. Мы помогаем всем, кому это действительно нужно, и брошенным животным в том числе. Мы следим за событиями и поддерживаем НКО, делающие важное и большое дело. И всё это — только с вашей поддержкой, именно мы с вами вместе можем больше. Пожалуйста, оформите регулярное пожертвование в наш фонд по ссылке ниже. Помогая нам, мы помогаете сотням нуждающимся людям и животным. Спасибо!

Спасибо, что дочитали до конца!

Благотворительные организации и социальные проекты решают важнейшие социальные проблемы, с которыми не может справиться государство. Они системно помогают людям, образуют общественный диалог на тему насущных проблем, будь то социальное сиротство, социально значимые заболевания или экстренная помощь пострадавшим от насилия людям или животным.

Вы можете поддержать описанное НКО, оформив ежемесячное пожертвование по форме ниже, чтобы сотрудники могли планировать работу, расширяться и просто продолжать поддерживать тех, кому это необходимо. Спасибо за ваше неравнодушие!



Назад

При оплате с помощью короткого номера

Отправьте SMS-сообщение на номер 3443 с ключевым словом «ЛЮДЯМ» и через пробел укажите цифрами сумму пожертвования в рублях.

Например: ЛЮДЯМ 100

В ответ вы получите SMS для подтверждения платежа. Подтверждение платежа может прийти с короткого номера, на который отправляли первоначальное SMS-сообщение, или с сервисного номера оператора связи.

Услуга доступна для абонентов МТС, Билайн, Мегафон, Tele2, Тинькофф Мобайл, Yota.
Допустимый размер платежа — от 1 до 15 000 рублей.
Стоимость отправки SMS на номер 3443 – бесплатно.Комиссия с абонента - 0%.

Уральский банк ПАО Сбербанк
БИК 046577674
к/с 30101810500000000674
р/с 40703810716540002434
ИНН/КПП 6685104760/668501001

Ф ТОЧКА БАНК КИВИ БАНК (АО)
БИК 044525797
к/с 30101810445250000797
р/с 40703810710050000610
ИНН/КПП 6685104760/668501001