Дата: 18.06.2021 Автор: Марина Бушуева Фотограф: Аня Марченкова
Помочь

Непредвиденные обстоятельства

В семье Светланы и Андрея трое приёмных детей. Вырастив двоих кровных, они не могли и подумать, что столкнутся с трудностями, которые поставят их в тупик.

Помочь


В холодный серый день к большому дому подъезжает на машине женщина. Аккуратное каре обрамляет её уставшее лицо. Она достаёт из багажника пакеты с едой и торопится за дочкой, вылетевшей с заднего сидения и с криком побежавшей в дом. Это Светлана, мама пятерых детей. Она только что привезла из больницы пятилетнюю Соню. 
Аня Марченкова для Фонда Ройзмана

Светлана стремительно входит в гостиную и оглядывается. Комната заполнена движением: одиннадцатилетний Коля бежит с криком за лающей собакой Ганой, десятилетний Миша показывает, как ревёт механический динозавр, Соня с визгом летает за крошечным чёрным котёнком. Светлана с внимательным напряжением старается уследить за всем: 

— Коля, где планшет? — спрашивает она, разбирая пакеты.

— Миша, кот опять не ест! — тут же, взглядывая на миску перепуганного котёнка. 

— Сонечка, чем ты кормишь черепаху? — Соня уже пытается покормить притаившихся в аквариуме у кухни черепах. Кажется, они единственные в доме остаются спокойными в этот момент. 
Аня Марченкова для Фонда Ройзмана

Коля — высокий немногословный мальчик с неловкими движениями и редкими смешными шутками. Миша —  хорошо сложённый, большеглазый и разговорчивый, не по годам смышлёный. Соня — белокурая девочка, похожая на принцессу, молниеносно двигается, заполняя все пространства своей бурной, но не очень разборчивой речью.

Как своих

Все трое детей — приёмные. Мальчиков Светлана и её муж Андрей взяли ещё младенцами: «Это был такой путь спонтанности и альтруизма. Хотелось ребёнка, с беременностью было трудно. А я раньше работала медсестрой, видела отказничков, было их очень жаль. Решили сразу: если брать, то младенца — воспитаем как своего. Мы хотели схватить и вытащить детей из этой больницы с обшарпанными стенами», — на воспоминаниях об «отказниках», голос Светланы подрагивает, — «Когда мальчики подросли, они рассказывали, как лежали в больнице. Что им было холодно и очень страшно, к ним никто не подходил. Потом появилась я, и всё закончилось».
Аня Марченкова для Фонда Ройзмана

Соня появилась в семье год назад: Светлана с мужем успели оформить опеку над девочкой до того, как она стала сиротой во второй раз: «Я увидела её фотографию, первая приёмная семья тогда отказывалась от неё. И она так была похожа на меня, на мою старшую кровную дочь. И в глазах было столько потерянности. Под снимком было написано, что у неё нарушения в развитии речи и СДВГ. Я подумала тогда: а, ерунда. Я смотрела снимки в федеральной базе ночью, Андрей спал. Я его разбудила, показала фотографию, он, конечно, сказал: “да”». 

Одиннадцать и десять лет назад, когда мальчики оказались в семье, пара не знала, что появятся какие-то трудности с детьми, которые в детском доме даже не побывали. А у Сони оказалось больше нарушений развития, чем те, о которых писали в кратком досье.  

Трудное поведение

Аня Марченкова для Фонда Ройзмана

Трудности с мальчиками появились уже в раннем детстве. Светлана, вспоминая об этом, как будто бы проживает всё заново и волнуется.

В младенчестве Коля кричал и плакал ровно с восьми вечера до половины двенадцатого ночи. Это длилось почти полгода изо дня в день. Миша плакал и говорил во сне, после пяти лет у него начались приступы лунатизма. В садике стало сложнее: «Они с Колей были хулиганистые. А Миша, когда начал говорить, стал проявлять много неподчинения. Он взрослых вообще не признаёт и много сделает для того, чтобы взрослый доказал ему свой авторитет.

У Коли была задержка в развитии речи, где-то с полутора лет он всех кусал: своих нянь, других детей, Мишу. Как только он попал в детский коллектив, он стал агрессивным. Я писала всем воспитателям: не оставляйте ребёнка одного, следите, чтобы в руках у него не было острых предметов или камня. Однажды мальчик его обозвал, а у него же задержка в развитии речи, он ничего не может ответить, он кинул в него камнем. Мальчика увезли в больницу». 
Аня Марченкова для Фонда Ройзмана

У Коли и Сони много общего. Соня может проявлять агрессию: боксировать, используя мамины ноги как грушу, или разбежаться и с силой ткнуть человека: «У неё было дикое взаимодействие с детьми. Она могла подойти бесцеремонно забрать игрушку, похлопать по голове». Коля занимался с логопедом и психологом, начиная с двух лет, но это не особенно помогало.

Соня, как и когда-то Коля, ходит в логопедический садик и на десятки корректирующих занятий — у неё тугоухость и серьёзные нарушения развития речи. Коля смекалист, но за уроки до сих пор садится с криками, слезами и оскорблениями. Соню посадить заниматься тоже непросто — из-за синдрома дефицита внимания и гиперактивности ей необычайно трудно концентрироваться. 

Отчаяние

И если поведение Сони можно объяснить ментальными нарушениями, требующими кропотливой работы и терпения, то поведение Коли было необъяснимо. С детства Светлана окружала мальчиков заботой и нежностью, искала лучшие санатории, секции, психологов, неврологов, массажистов, чтобы направить их развитие.
Аня Марченкова для Фонда Ройзмана

Она не понимала, что происходит и винила во всём себя. В первом классе на Светлану напал рой родителей с требованием «убрать из класса Колю, этого неуправляемого психа». Во втором её вызвали к директору уже другой школы за то, что ребёнок обматерил гардеробщицу. От грубого вопроса кого-то из школы «Что вы делаете с ребёнком дома, что он у вас такой?» лучше не стало. Несколько лет спустя, на бальных танцах Коля, музыкальный ребёнок с прекрасным чувством ритма, мог обругать девочек-партнёрш или ударить их в живот. То же он делал и дома с близкими. 

Светлана винила во всём себя и впадала в отчаяние: она уже воспитала двоих родных дочерей — Кате и Ане больше двадцати, они учатся и живут отдельно — но с таким не сталкивалась никогда. 

«Мы думали, что у нас что-то не так. У меня было ощущение, что мы как-то не так воспитываем детей и впадала в отчаяние — было непонятно, что с ними происходит». 

Объяснение

Аня Марченкова для Фонда Ройзмана

Понять, что происходит с мальчиками, и особенно с Колей, Светлане помог случай. Подруга-психолог рассказала ей, что есть Ассоциация замещающих семей с Юлией Аюповой во главе: «Я позвонила Юлии, рыдала в трубку». Через несколько дней Юлия пригласила измученную битвой с трудностями Светлану на групповую терапию Ассоциации замещающих семей:

«Я пришла неадекватная, чрезмерно эмоциональная. На группах собирались мамы других приёмных детей и психологи Ассоциации. Их рациональность и системность постепенно счищали с меня вот эту стружку эмоциональности. Я начала понимать: происходящее с мальчиками — следствие депривации, в которой они оказались младенцами, в больнице. И чтобы это решить, нужно включать голову». 
Аня Марченкова для Фонда Ройзмана

Материнская депривация — частая причина проявлений особенностей в психическом и эмоциональном развитии детей-сирот. Она может проявляться по-разному: от лёгких поведенческих проблем до серьёзных психических и интеллектуальных нарушений. Например, в затруднённом развитии речи и мимики, трудностях в общении, тревожности и агрессивности. Коля провёл в одиночестве больничной кроватке всего три месяца, Миша — четыре. Но этого было достаточно, чтобы оставить серьёзный след в них. 

«Это объяснение помогло. По крайней мере это спасло меня от чувства вины. Я поняла, что мы делали всё, что от нас зависит. Мы делали даже больше, чем обычные родители: сколько санаториев было вложено с самого раннего детства. Массажи, капельницы, врачи, психологи — мы сразу же к ним шли. К сожалению, это не панацея».

Устойчивость

Аня Марченкова для Фонда Ройзмана

Группы, которые ведут психологи Ассоциации, помогли Светлане найти не только корень проблемы. Со временем она стала ощущать в себе большую эмоциональную устойчивость, которую так нужно чувствовать в родителях приёмным детям. Начала обращать внимание на себя и свой комфорт, необходимые для того, чтобы справляться и дальше. И перестала винить себя в происходящем.

Андрей, муж Светланы, поддерживает её в работе с Ассоциацией. Вместе они уже год посещают вдвоём семейную терапию, которую ведёт психолог организации. И замечает, что с тех пор как начала меняться Светлана, начали меняться и дети. 

Сейчас и Андрей, и Светлана понимают, что их ждёт долгий и сложный путь приёмного родительства, и никто из детей не исправится из благодарности. Что Соню ждёт долгая реабилитация прежде, чем она перестанет пугать рыками продавщиц и с криками убегать во время обучающих занятий. Коле придётся учиться заботе и пониманию, долго взрослеть. А Мише укреплять свою волю и справляться с тревожностью.
Аня Марченкова для Фонда Ройзмана

В Центре поддержки приёмных семей Ассоциации Светлана и Андрей получают необходимую им психологическую поддержку и теоретические знания, позволяющие уберечься от выгорания и помочь детям социализироваться как можно мягче. Но детям приёмных родителей тоже нужна помощь.

Часто подростки с опытом сиротства несут с собой боль пережитого эмоционального и физического насилия, им бывает сложно выстраивать отношения со сверстниками, понимать и уместно выражать свои чувства. Чтобы помочь им справиться, Ассоциация открывает новый проект групповой поддержки — «Играю, узнаю, научусь». Пожалуйста, подпишитесь на регулярное пожертвование в пользу проекта. Так ребёнок со сложным прошлым может стать чуть счастливее. 



Спасибо, что дочитали до конца!

Благотворительные организации и социальные проекты решают важнейшие социальные проблемы, с которыми не может справиться государство. Они системно помогают людям, образуют общественный диалог на тему насущных проблем, будь то социальное сиротство, социально значимые заболевания или экстренная помощь пострадавшим от насилия людям или животным.

Вы можете поддержать описанное НКО, оформив ежемесячное пожертвование по форме ниже, чтобы сотрудники могли планировать работу, расширяться и просто продолжать поддерживать тех, кому это необходимо. Спасибо за ваше неравнодушие!



Назад

Отправьте SMS на короткий номер 3443 с текстом сообщения: ЛЮДЯМ 100

«ЛЮДЯМ» - идентификатор пожертвования нашего фонда, 100 — сумма пожертвования в рублях.

Обратите внимание, что между идентификатором и суммой обязательно должен стоять пробел!

Для пожертвования конкретному проекту, укажите его название после суммы, поставив между ними пробел.

Услуга доступна для абонентов «Билайна», «Мегафона», «МТС» и «TELE2»

Комиссия с абонента — 7,5 %.
Пожертвование осуществляется на условиях публичной оферты


Уральский банк ПАО Сбербанк
БИК 046577674
к/с 30101810500000000674
р/с 40703810716540002434
ИНН/КПП 6685104760/668501001

Ф ТОЧКА БАНК КИВИ БАНК (АО)
БИК 044525797
к/с 30101810445250000797
р/с 40703810710050000610
ИНН/КПП 6685104760/668501001