Хочу как раньше

Сын привёз Веру в приют около двух лет назад. Теперь её мир — это кровать и обрывки воспоминаний.

Социальный приют «Дари Добро»
Собрано: 309 400 руб. Нужно: 1 062 400 руб.
29%
Автор фото: Наталья Саврас
Автор статьи: Ольга Штейн

Вера живет в небольшой комнате на пять человек, отделенной от просторного зала первого этажа приюта оранжевой шторкой. Её кровать слева от входа, у стены. Маленькая Вера выглядывает из-под огромного одеяла – непричёсанная, морщинистая. «Вера, хочешь поговорить? – бодро интересуется директор приюта Ольга Бахтина. «Да, хочу», — отвечает женщина, и из-под одеяла показываются её руки. Ольга помогает подопечной сесть. Слева телевизор, в котором рябит дневное шоу «Первого канала».

— Вера Геннадьевна, как вы оказались в приюте?

Ответить женщина не успевает, её перебивает соседка по комнате:

— Как она оказалась? Сын привез и бросил.

— Почему бросил? – возражает Вера. — Он не бросил, а сдал. У нас хорошие отношения с ним были, я не верю, что он меня бросил, зачем бы он это сделал?

Воспоминания с трудом



В январе Вере исполнилось 64 года, но выглядит она старше. Говорит медленно, будто через силу. Воспоминания даются ей с трудом – она как будто приходит в себя после обморока или наркоза.
«Вера раньше много пила, — рассказала Ольга Бахтина перед нашей встречей. – Жила в квартире с сыном, в городе Полевском. Соседи говорили, что он закрывал её в туалете и уходил на работу, а она кричала – что хочет есть, хочет выйти. Очень вероятно, что сын её бил. В какой-то момент соседи устали от этого [криков Веры и её конфликтов с сыном] и вызвали социальную службу – это случилось в мае 2018 года. Служба приехала, увидела Веру — неухоженную, неспособную заботиться о себе, и обратилась ко мне с просьбой забрать её. В приют женщину привёз сын. Хотел отдавать нам 75% её пенсии, а остальное оставлять себе. Аргументировал так: "Мне же тоже надо на что-то жить". Я отказала. Он бросил мне её банковскую карту и ушёл. С тех пор я его здесь ни разу не видела. Звонил трижды — однажды говорил с Верой, два других раза спрашивал у меня, как у неё дела».

Постояльцы приюта Веру не любят — по ночам она кричит. Хотя сама женщина за собой такого не замечает: «Не знаю, мне кажется, я не кричу. Я же сплю». К претензиям в свой адрес относится равнодушно, на выпады соседок по комнате в адрес своего сына — мол, бросил, не нужна ему, — не реагирует. Их слова кажутся женщине нелепыми.

Была любовь

Вера, кутаясь в одеяло, сидит на краю кровати. На ней растянутая вязаная кофта, то и дело сползающая с плеча. Она её поправляет. Сидеть ей неудобно – металлический каркас кровати впивается в голую ногу. Женщина давно уже не ходит, хотя медицинских причин для этого нет.

— Почему не ходите?

— Ноги-то целые... Да что-то мы лежим тут, сидим, и не хожу.

Ольга Бахтина считает, что причина в психологическом состоянии Веры. «У меня впечатление, что она просто не хочет ходить», — объясняет она.

Говорить с Верой сложно: воспоминания появляются в её памяти эпизодами, и в полнометражное кино не складываются. Ощущение, что ей этого достаточно, в забытьи она словно нашла убежище от собственного прошлого.


«Когда я вышла на пенсию, читала книги, классику. Но не про любовь. Про любовь не всегда интересно, потому что в действительности такого не бывает, такая любовь не всем даётся, — говорит Вера.

— А у вас была любовь?

— Была…, — с гордостью и кокетством произносит Вера. Это первое наполненное эмоциями слово, которое я слышу от неё. Моя взъерошенная собеседница расправляет плечи и загадочно улыбается.

«Я выросла в посёлке Зюзельском, хорошо училась в школе, потом в институте – здесь, на Урале, на экономическом, а потом на Севере – на геолога», — рассказывает Вера. Там, на Севере, в городе Печора, она познакомилась с вахтовиком Владимиром. «Он был хорошим человеком, грамотным, очень умным», — когда Вера говорит это, морщины на её лице будто бы разглаживаются, но на глазах выступают слезы, а голос дрожит. Она не может рассказать, как именно они познакомились, но помнит, что ходили в ресторан – ужинали. «Но мы много не пили», — для Веры важно, чтобы я это услышала.  

— Можете вспомнить самое счастливое событие в жизни?

— Самое счастливое событие – это наша свадьба. Я была в красивом белом длинном платье, с фатой, — вспоминает Вера. Она улыбается. Я смотрю на её торчащие седые волосы, осунувшееся лицо, перекошенный нос (похоже, когда-то он был сломан, и кость срослась неправильно), по-стариковски поджатые губы, бледные глаза,  и мне хочется сорвать с неё эту уродующую маску, потому что она совсем не подходит к той улыбке, что я вижу.


После свадьбы Вера забеременела, рожать сына Сашу уехала на Урал, поближе к родителям. Владимир тогда взял отпуск сразу за три года и помогал супруге с малышом. «Он всегда и во всем помогал. Это сейчас некоторые молодые люди не помогают, а он помогал. Мы вообще очень серьёзно ко всему подходили», — рассказывает женщина. Вера хотела второго ребёнка, забеременела, но муж сказал: «Давай не будем рожать, Сашку одного вырастим». С каплей сомнения, но всё же уверенно женщина говорит: поступила тогда правильно. «Сейчас бы Саше пришлось с кем-то из-за квартиры судиться, а теперь она на него переписана – он уже хозяин, — объясняет Вера, у которой в паспорте на странице с пропиской нет ни одного штампа.

Муж работал на Севере, приезжал раз в месяц, всегда с цветами, семья много путешествовала. “Мы каждый год ездили на море, например, в Геленджике отдыхали”, — рассказывает Вера. Воспоминания о той жизни одновременно и радуют её, и причиняют боль. Она то мечтательно смотрит в никуда, то закрывает глаза и отворачивается.

Хочу, чтобы было как раньше

Семейная жизнь Веры закончилась в один момент – Владимира убили, там, на Севере. Что именно произошло и когда, Вера вспомнить не может или не хочет. Кажется, ей тогда было около 30 лет. «У нас с Сашей есть фотографии, где мы с папой. Папы нет, а фотографии есть… Как так… Это очень тяжело. Тем более мне вспоминать. Тут же поневоле вспоминаешь, что убили его. Саша часто вспоминает отца. Эта жизнь в приюте мне, конечно, не нравится. Я бы очень хотела, чтобы всё было как раньше: чтобы и муж, и Сашка, и мы все вместе…», — говорит Вера. После смерти Владимира Вере помогали её родители – пока были живы. Потом умерла мама, а следом – отец. «Очень их не хватает…», — тихо говорит женщина.


Дальше эпизоды прошлого Веры превращаются в слайды: работала директором продуктового магазина (в приюте её так и называют – «директор магазина», за то, ведёт себя как начальник), был друг-молдованин, который за ней ухаживал, но романа не случилось, потом – пенсия, телевизор, книги, которые приносил сын, и – приют. Я слушаю эту скороговорку длиной в полжизни и вижу, как Вера теребит одеяло, будто ей хочется укрыться с головой и вообще ни о чём не вспоминать.  

«Вот муж у меня умер, и сын меня сюда сдал, может, для того чтобы и я умерла? Как вам кажется?» — неожиданный вопрос застаёт врасплох. Впрочем, ответ Вере не нужен. В её сохранившемся в памяти прошлом они с сыном жили хорошо.

Наш разговор подходит к концу. Вера спешит лечь и закрываться до подбородка своим толстым одеялом. Кажется, она рада, что интервью закончилось, и можно вернуться в крошечный, размером с кровать, бесконечно далекий от идеала, но всё же привычный мир.  

В социальном приюте «Дари добро» такие истории можно услышать от многих постояльцев. К сожалению, близкие пожилых людей часто отказываются от них по разным причинам, но главное — ни один человек, вне зависимости от возраста, пола и статуса не должен жить на улице. В Екатеринбурге этим занимается приют «Дари добро» — единственное место, куда может обратиться любой человек, потерявший дом, даже если он судим, тяжело болен или не имеет документов. Пожалуйста, подпишитесь на небольшое, но регулярное пожертвование в пользу приюта «Дари добро». Человек не должен жить на улице.  


919

Помочь проекту

Через интернет

SMS с кодом

Через сбербанк

Банковской картой или электронными деньгами

Регулярные списания с вашей банковской карты или PayPal для поддержки проекта Социальный приют «Дари Добро» будут списываться пока не будет собрана вся требуемая сумма. После завершения сбора средств ваши автоматические пожертвования будут перенаправлены на следующий сбор в рамках такой же категории нуждающихся или на уставные цели фонда.

Единоразовое пожертвование в пользу проекта Социальный приют «Дари Добро».

Я хочу пожертвовать: 100 руб.

Отправьте SMS на короткий номер 3443 с текстом сообщения: ЛЮДЯМ 100

«ЛЮДЯМ» - идентификатор пожертвования нашего фонда, 100 - сумма пожертвования в рублях.

Обратите внимание, что между идентификатором и суммой обязательно должен стоять пробел!

Для пожертвования конкретному проекту, укажите его название после суммы, поставив между ними пробел.

Услуга доступна для абонентов: sms

Комиссия с абонента - 0%.
Пожертвование осуществляется на условаях публичной оферты

Скачайте и распечатайте квитанцию, заполните необходимые поля и оплатите ее в любом отделении банка.

Скачать квитанцию

Пожертвование осуществляется на условаях публичной оферты

Напомнить

Напоминать сделать пожертвование в другое время

Частота напоминания

Собрано: 309 400 руб.
Нужно собрать: 1 062 400 руб.