Первый, не желанный

Как я живу после изнасилования 

Автор фото: Анна Марченкова
Автор статьи: Катерина Вяликова

Год назад генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш в Международный день борьбы за ликвидацию насилия против женщин, сообщил, что каждая третья женщина в мире подвергается физическому или сексуальному насилию. По официальной же информации Федеральной службы государственной статистики только в России ежегодно регистрируются около 3,5 тысяч случаев сексуального насилия – это всего 10-12% жертв, которые не побоялись заявить о преступлении в правоохранительные органы. Полиция принимает заявление у каждой пятой обратившейся, и только в каждом третьем случае возбуждает уголовное дело.

Оксана (имя изменено по просьбе героини) несколько лет назад пережила изнасилование. О произошедшем девушка никому не рассказывала: ни полиции, ни семье, ни друзьям. Прошло несколько лет, Оксана, несмотря на травму, вышла замуж, но о произошедшем ей до сих пор сложно говорить. Как Оксана стала жертвой, о непринятии её мамой и о том, что помогло ей пережить изнасилование – далее от первого лица. 

«Общага мелькнула в окне машины, которая меня увозила»

После окончания школы в маленьком национальном городке, я поступила в университет в большой «русский» город. Я боялась по нему гулять, особенно одна. Всё своё свободное время посвящала учёбе. Какие там тусовки? Подруга называла меня «старушкой», раз не прожигаю молодость и кисну в четырёх стенах.

Меня изнасиловали весной несколько лет назад. Я заканчивала первый курс, переходила на второй.

Как-то вечером подруга позвала меня погулять с её друзьями. Я их не знала и мне было не комфортно в этой компании и через некоторое время я решила уйти. Подруга не отпускала меня одну и вызвалась проводить до общежития. Мы попрощались с её друзьями и пошли. Когда дошли до дома подруги, мне стало неудобно: мало того, что она ушла раньше с вечеринки, оставив друзей, ещё и провожает меня. Ведь ей потом обратно одной возвращаться. В общем, убедила я её остаться дома, а сама пошла до общежития пешком. От её дома всего минут 20 ходьбы, было уже поздно, кажется, заполночь. Я шла вдоль дороги по освещённой части – боялась темноты и собак. Мимо неслись машины.


Одна из них замедлила ход возле меня. Я не запомнила ни номера, ни марку. Помню, что белая. Потом чуть опередила, остановилась и оттуда выскочили двое парней. Третий сидел за рулём. Я сразу поняла, что они явно идут ко мне – вокруг никого больше не было. Про себя решила: отошью сейчас их по-быстрому и прибавлю ходу, но когда увидела на лицах этих двоих балаклавы, впала в ступор. Почему-то решила, что меня сейчас будут бить – слишком быстро и агрессивно они шли ко мне. Схватили моментально, заткнули рот рукой и потащили к машине, усадили между собой на заднем сидении... До сих пор помню, как общага мелькнула в окне машины, которая меня увозила.

«Боялась, что начнут по очереди»

Этих уродов я не знала. Это были случайные люди. Не думаю, что они планировали меня убить, им было важно найти девушку послабее и в одиночестве. По именам или как-либо ещё они друг друга не называли.


Когда машина остановилась, я поняла, что нахожусь за чертой города: вокруг были какие-то кусты, деревья и кромешная тьма. В салоне включили свет. Я, конечно, понимала, что одна против них не смогу ничего предпринять. Слов, кроме «пожалуйста, не надо» и «отпустите», в голову не приходило. Слёзы ослепили. Они сказали раздеться, а после отказа один из них ударил меня по лицу и обозвал «нерусской», а ещё матерился. Я допускаю, что он тогда только вышел из тюрьмы. Не знаю.

В один момент мне пришла мысль внезапно выцарапать глаза одному из них или хоть как-то повредить внешность. Я уже потянула руки к лицу самого агрессивного, чтобы вцепиться, но он ударил меня и сказал: если будет хоть одна царапина на них, они меня убьют. Именно он меня и изнасиловал. Я боялась, что они по очереди начнут, но, слава Богу, нет: другие двое ко мне не прикасались, когда всё началось – они просто вышли из машины.

Я разделась сама... Очень боялась, что он заразит меня какой-нибудь болезнью. Но этот урод, к счастью, если можно так выразиться в данной ситуации, использовал презерватив. Я была девственницей. Сколько времени я находилась с ними я не знаю, недолго, наверное, но мне казалось, что это длилось целую вечность, за которую я пережила чудовищную боль, стыд, отвращение, ненависть, сожаление.

Когда всё закончилось, меня выбросили в кусты, швырнув в лицо вещи. Машина уехала, и из-за темноты я не разглядела номеров, как ни пыталась. Глаза пекло от слёз. Вокруг не было ни души, я оделась и пошла в сторону огней.

«Хотела вскрыться»

Я не знала где нахожусь, и боялась снова наткнуться на эту же машину. Шла долго, помню железнодорожные рельсы, гаражи, бараки... Нашла знакомую улицу, так и добралась до общаги. Коменда, когда меня увидела, решила, что я пьяна. Что-то ворчала вслед, пока я поднималась на свой этаж.

Желание покончить с собой пришло в ту ночь. Стоя под душем, думала: вскроюсь – до утра точно умру, никто не остановит. Но струсила. Потом стало жаль маму – у неё уже случался сердечный приступ.


Я не рассказала никому об этом. Даже подруге. Думаю, она бы винила себя. Хорошо одно – что я уговорила её не провожать меня и остаться дома, ведь она могла оказаться на моём месте, если бы возвращалась от меня. Не пошла я и в милицию – сказать мне им было нечего: синяков не осталось, номеров и марки автомобиля я не знала, лиц не видела.

«Мама мне не поверила»

Мама обо всём узнала случайно, когда забрала документы из универа и вернулась в родной город. Я сказала, что буду поступать туда, куда сама решу, напомнила ей, что изначально не хотела в этот ср**ый [чёртов] город.

Мама повела меня по врачам – требовалось пройти медосмотр для поступления в другой вуз. Так она и узнала. Сначала ревела вместе со мной. Она очень мнительная и позже спросила: не придумала ли я всё это, чтобы скрыть связи с молодым человеком. Мама из тех людей, которые придерживаются правила «секс только после свадьбы». Мы разругались. Я упрекала её в том, что не поддерживает меня в трудный момент. Думаю, она поняла по моему поведению, что это у меня был не просто первый, но и не желанный мужчина. Какое-то время мы вообще не касались этой темы.

Подругам в родном городе я не могла рассказать. Точнее, должна была (чтобы предупредить, уберечь), но снова это проговаривать было пыткой. Стыдно. Тошнило… Я вообще предпочитала раньше это не обсуждать. По тем же причинам не обращалась и к психотерапевту. Не приходилось общаться и с другими жертвами изнасилований.


Мама вскоре очень вкрадчиво начала разговор, мол, ты главное не впадай в депрессию, не разочаровывайся в мужчинах, они не все такие. «Все», – решила я.

Я не помню, как долго отходила от этого, что делала... Но круг общения сократила в разы.

Сейчас уже могу сказать: выбраться из депрессии после случившегося, пережить этот тяжелейший момент, можно и нужно. Самоубийство не выход. Говорят, чтобы побороть страх, надо смотреть ему в глаза. У меня не вышло – анализировать проблему с психологом я не отважилась. Возможно, замалчивание мне и помогло, не допустило срыва. А кого-то это действительно может убить или «загнать в бутылку». Забыть такое невозможно, поэтому нужно с головой погрузиться во что-то новое.


Например, меня отвлекало поступление в другой университет в новом городе, где живут тысячи таких же «нерусских», как я, где много родственников. Так появилось чувство безопасности. Я не только училась, но и участвовала в жизни университета по возможности, писала стихи, нашла работу после первого курса. Жизнь забила ключом. Я сама себе сказала, что меняю свою жизнь.

«Они все уроды»

Своё отношение к мужчинам на тот момент я бы не назвала боязнью, скорее – отвращением, злостью. Я считала, что вижу их сущность насквозь. Называла «х**носцами», «уродами». Красивым мне не казался никто.


Во мне утвердилось одно мнение: вся эта хрень вроде романтики, цветов и свиданий преследует одну цель – вы***ть бабу. Людей среди этих ублюдков нет. Одно время думала даже удариться в «розовую волну». С парнями стала общаться агрессивно, огрызаться. И это вовсе не смахивало на флирт, это было чистое зло.

Потом у меня были отношения, но несерьёзные. Заканчивались они, как правило, моими резкими словами и обидами. Позже за мной начал ухаживать молодой человек. Привлёк своей мягкой манерой общения, искренним, как мне тогда показалось, интересом к моей личности. Но совсем скоро заметила, что он всё настойчивее зовёт меня в гости, всё наглее прикасается. И меня вывернуло от отвращения – я с ним порвала. Сейчас понимаю, что, наверное, отношения так и должны были развиваться – от свиданий и милых бесед к близости – то есть, как у всех людей. Но нет. Я почему-то решила, что от меня большего он не получит.

«Настоящие мужчины есть»

Через два года после случившегося в новом городе я влюбилась по-настоящему, серьёзно. Этот молодой человек изначально вёл себя со мной не как самец, был очень интересным человеком, личностью. И немного был похож на меня, какой-то израненный что ли. Я ощущала, что это всерьёз. Доверилась полностью и как-то само собой всё получилось… Но со временем наши отношения распались из-за разных жизненных целей и приоритетов.


Потом я встретила своего будущего супруга. Рассказать ему о случившемся боялась, переживала, что это его отвратит от меня. Но всё-таки решилась. Мы обсудили это лишь один раз и больше к этому не возвращались. Как только он услышал всё это, он впал в гнев оттого, что те уроды остались безнаказанными и пообещал тогда: с ним я в безопасности. Сегодня именно этот человек и даёт мне силы жить. Он моё вдохновение, любовь и подтверждение того, что есть ещё настоящие люди, настоящие мужчины.

Сегодня, кроме любимой работы, у меня есть хобби, которое приносит мне хоть небольшой, но доход. Я рисую маслом. И рисунки мои теперь совсем не мрачные, как раньше.

«Женщины сами готовы продаваться»

В последнее время очень часто всплывает информация о том, что какая-то, к примеру, актриса была жертвой домогательств со стороны режиссёров и продюсеров. Последние, в свою очередь, всё отрицают. Что тут скажешь? Все мы люди. Даже звёзды трахаются и ссут [боятся признаться в харассменте]. И те женщины, которые обвиняют медийщиков в домогательствах могли действительно стать жертвами. Я в эти истории не углублялась и не знаю, кто что из себя представляет. Но не исключаю, что слава и бабки многих развращают, дают чувство вседозволенности. С другой стороны, среди поклонников немало уродов, приписывающих своих детей той или иной звезде. Немало желающих навариться на чужой славе.


И объективация, и харассмент, наверное, сегодня касается не только женщин, но и мужчин. Они тоже часто подвергаются оцениванию именно с сексуальной точки зрения.

Да, соглашусь, женщина часто выступает в обществе как товар, но она сама в этом виновата: сиськи увеличивают не для себя, что бы там ни говорили, и не для зависти всех подруг, надевают платья с декольте до лобка – тоже не для вентиляции. В таких случаях, как говорится, сама напросилась.

Но свой случай к этому разряду я не отношу, так как всегда знала, что не являюсь сексуальной, вульгарной и вообще сколько-нибудь привлекательной. Тогда я была ещё ребёнком, немного даже пацанкой, без груди и без попы. Никогда не становилась жертвой домогательств и объектом скользких намёков. Поэтому изнасилование стало для меня шоком, чем-то необъяснимым, «Почему именно я?».

«Школьные уроки ОБЖ не помогли»

Конечно, нужно обучать с малых лет тому что делать, если незнакомый дяденька зовёт тебя спасти котёнка, как выдавить глаз насильнику, или как спастись при захвате террористами. Чтобы вся информация впечаталась в мозг, и в экстренной ситуации ты не впал в ступор.


Правда, школьные уроки ОБЖ мне самой никак не помогли. Моя ошибка была в том, что я вышла ночью гулять, но возвращалась-то я по освещенной улице. Крики и брыкания меня тоже не спасли. Всё, что я вспомнила при захвате: поранить нападающего, а дальше будь что будет, ведь нанести удары и выбраться из машины, будучи зажатой со всех сторон, я бы не смогла. Я до сих пор часто думаю об этом: что нужно было мне сделать чтобы спастись, но не нахожу варианта. Я не знаю, как можно было действовать в моей конкретной ситуации, чтобы теперь давать советы.

Родителям

А вообще, нужно любить себя, как бы избито это не звучало. Потому что есть такое понятие «виктимное поведение» – поведение жертвы. Говорят, таких людей выдаёт даже походка, и они чаще других становятся объектами нападок и преступлений. Корни же проблемы идут из семьи, где недодали, не поддержали; где ребёнок боялся не оправдать ожидания и не верил в себя. Поэтому любите и принимайте себя и своих детей что бы ни случилось.



Помочь проекту

Через интернет

SMS с кодом

Через сбербанк

Банковской картой или электронными деньгами

Регулярные списания с вашей банковской карты или PayPal для поддержки проекта будут списываться пока не будет собрана вся требуемая сумма. После завершения сбора средств ваши автоматические пожертвования будут перенаправлены на следующий сбор в рамках такой же категории нуждающихся или на уставные цели фонда.

Единоразовое пожертвование в пользу проекта .

Я хочу пожертвовать: 100 руб.

Отправьте SMS на короткий номер 3443 с текстом сообщения: ЛЮДЯМ 100

«ЛЮДЯМ» - идентификатор пожертвования нашего фонда, 100 - сумма пожертвования в рублях.

Обратите внимание, что между идентификатором и суммой обязательно должен стоять пробел!

Для пожертвования конкретному проекту, укажите его название после суммы, поставив между ними пробел.

Услуга доступна для абонентов: sms

Комиссия с абонента - 0%.
Пожертвование осуществляется на условаях публичной оферты

Скачайте и распечатайте квитанцию, заполните необходимые поля и оплатите ее в любом отделении банка.

Скачать квитанцию

Пожертвование осуществляется на условаях публичной оферты

Напомнить

Напоминать сделать пожертвование в другое время

Частота напоминания