Дата: 21.10.2021 Автор: Марина-Майя Говзман Фотограф: Аня Марченкова
2072
Помочь

Долгая дорога домой

Анатолий Васильевич — один из подопечных Первого екатеринбургского хосписа. Он работал на Севере, строил большие дороги, но пережил тяжёлое нападение и удивительные воспоминания о жизни стали от него ускользать

Помочь

Анатолий Васильевич сидит на кровати. Рядом с ним стоит молодой человек в белом халате – измеряет давление. Анатолий Васильевич согнул спину и опустил голову, взгляд замер. Тонометр на его руке вздохнул и расслабился. Медбрат сообщает, что давление в норме. Анатолий Васильевич не двигается. Юноша выходит из палаты, Анатолий Васильевич поднимает голову и замечает меня. Его глаза оживают, он вскакивает, хватает стул, быстро ставит его перед кроватью, широким жестом приглашает сесть. С этой минуты он не умолкает, а я влюбляюсь в его истории – непоследовательные и сбивчивые.

«Самый старший – всех похоронишь»

– Как у вас дела? – спрашиваю.

– У меня? Я молодой! – смеётся 78-летний мужчина напротив меня. – У меня ничего не болит. Я ничего не чувствую.


У Анатолия Васильевича началась деменция, на которую нанизываются последствия пережитой трепанации: он теряет воспоминания, память уводит в лабиринт, где он теряется и не сразу может вынырнуть обратно. Лабиринт, дорога – лейтмотивы всей его жизни.  Дорога Анатолия Васильевича берёт начало от Владивостока и почти сразу начнёт петлять и извиваться. Когда ему было пять, они с семьёй перебрались в Кировскую область, потом – в казахстанский город Павлодар, оттуда Анатолий Васильевич отправился в Петербург – служить в армии. Его, кандидата в мастера спорта по горным и беговым лыжам, постоянно отправляли на соревнования. Так он рассказывает. После армии началась северная история – больше двадцати лет он работал шофёром в районе Нового и Старого Уренгоя.

– Мы на севере большие дороги строили. На больших машинах. Я возил песок и гравий. Там до нас дорог совсем не было. Хорошо на севере, только холодно: месяца три температура держится в районе минус сорока градусов, к новому году до пятидесяти доходит. И ночи полярные бывают  – круглые сутки темно. Солнечных дней может быть всего пять за долгое время. Толщина снега – три метра. Но это ничего. Мы ко всему привыкали.


До этого я жил в Кировской области. Там у меня были дед с бабой, у них своих детей было тринадцать. Мне было пять, когда туда приехали. Бабушка тогда сказала: «Анатолий, ты самый старший, ты похоронишь всех». Так и получилось. Последний брат у меня два месяца назад умер.

В Кировской области я выучился, стал шофёром и поехал по всей России. Без перерыва проводил по двенадцать часов за рулём. Дальнобойщиком был. В машинах такие специальные вагончики на колёсах – там кухня. Отработал смену – напарник второй просыпается и садится вместо тебя, меняемся. Дорога мне нравится – хорошо это очень.

Он часто задумывается, подбирает слова. В такие моменты кажется, что он смотрит куда-то вглубь себя, как будто оттуда вместе с историей можно выудить нужное выражение. Потом поднимает на меня глаза и так просто и наивно говорит: «Ну, как тебе сказать?». Он забывает некоторые слова и меняет местами факты из собственной биографии.


– А когда на севере наступают солнечные дни, появляется много змей. Они греются прямо на дороге. Приходится ездить по этим змеям. А если дождь – сутки, десять, двадцать дней подряд – все змеи уходят на болота.

Ещё видел много медведей. Мы, рабочие, делали корзинки и ходили в лес за брусникой и смородиной. Один раз медведь смекнул, что люди его ягоды собирают – и закричал, и засвистел. Мы это услышали и давай назад, где машина стояла, прыгнули в неё и исчезли.

Или, например, едем по дороге, её переходит медведица, а с ней медвежата. Увидел, что медведь идёт – остановился. Нужно стоять тихо, с места не двигаться, пока не пройдёт.

На севере ни городов, ни посёлков нет – пустота одна: болота, лес да кустарники. Жили мы в вагончиках все эти двадцать лет.

Поломка

В молодости Анатолий Васильевич пережил нападение, которое и повлекло за собой сложную операцию на черепе. Он хорошо помнит, как это было: накануне дня рождения приехал из Магадана в Павлодар – там он работал таксистом. Пассажиров было трое, один из них тогда пару дней назад  вышел из тюрьмы.

– Еду, а у меня спина горит, чувствую: что-то будет. Один из них сидел в резиновых сапогах, прятал в голенище небольшой молоток. Только я наклонился к счётчику, как меня сзади – по голове. Забрали часы и убежали. У меня хватило сил, чтобы головой давить на баранку – машина сигналила. Рядом как раз проезжали скорая и полиция, они увидели, что стёкла в крови, вытащили меня и отвезли в больницу. Только в Павлодаре со мной ничего сделать не смогли. Отправили в Омск на операцию. Там мне всё стянули и связали – хорошо стало. Когда совсем восстановился, стал бегать. Бегу сто метров – ерунда, бегу пятьсот метров – мелочь. Решил: сегодня побегу целый месяц…нет, не месяц.

Он смотрит на меня огромными по-детски испуганными глазами: не может вспомнить слово «километр», и говорит обречённо: «Вот беда».


– Когда видели, как я бегу, мне говорили: «Ты как ветер летишь». А я не только бегал, я зарядку каждый день по два часа делал, не пил и не курил. Память потихоньку восстанавливалась. Только через год смог вспомнить, кого я в тот день вёз...  

– Здравствуйте! Ну, как ваши дела? – на пороге палаты показывается медбрат. Высокий улыбчивый юноша держит в руках карту пациента, что-то записывает. За беседой мы не заметилили его появления.

–  Мои дела? Отлично! – просиял мужчина.

– Анатолий Васильевич, вы – молодец.  

Пациент доволен. Он, прощаясь, кивает вслед уходящему молодому человеку и улыбка не сходит с его лица. В эту палату  часто заглядывают врачи и медперсонал. Анатолий Васильевич в хосписе меньше недели и пока не успел подружиться с другими пациентами, но сотрудники наведываются к нему часто, чтобы их подопечный не успел почувствовать себя одиноко.

– Из Павлодара мне советовали уехать, – продолжает он, – думали, что нападавшие выйдут из тюрьмы, найдут меня и отомстят. Сын меня хотел перевезти в Португалию, но мне это не надо. Я теперь не летаю – три раза на самолётах падал, не хочу больше [нам так и не удалось узнать, действительно ли в жизни Анатолия Васильевича было три авиакатастрофы]. В первый раз летели большим самолётом, семьдесят шесть человек нас на борту было. Все вылетели наружу, на мне – ни царапины. Всего двое человек тогда выжило. Другой раз мы только подниматься начали – упали на кусты. Ещё раз – прилетели в Павлодар во время сильного дождя. Спускаемся, а на площадке единственный самолёт стоит – и то криво. Зацепили крыло этого самолёта.

Жёны

Вдруг у Анатолия Васильевича звонит телефон. Он берёт трубку, деловито и радостно отвечает кому-то: «О, наконец-то!». Смотрит на нас и хитро прищуривается: «Это жена». Переглядываемся с фотографом: с женой Анатолий Васильевич давно развёлся и, насколько нам известно, отношения они не поддерживают.

– Эта женщина, которая со мной сейчас разговаривала, – положив трубку, говорит Анатолий Васильевич. – Она на самом деле мне не жена, просто привязалась очень. Говорит: «Ты мне нужен. Ты столько всего знаешь». Один я сейчас: Сын улетел в Португалию двадцать семь лет назад, дочь тогда же уехала в Германию. А с этой женщиной мы случайно познакомились.


– Это его знакомая, – скажет мне потом Екатерина Дворникова, психолог хосписа, когда я зайду к ней после беседы с мужчиной – она его сюда и привела. У неё есть муж, своя семья. А он её женой называет. Она часто навещает Анатолия Васильевича, готовит ему еду и ухаживает, но времени делать это постоянно не хватает: последний раз была неделю назад. До хосписа знакомые снимали мужчине гостиницу, перед этим он сам снимал себе квартиру, но болезнь и пережитая после нападения трепанация дают о себе знать: из-за частых провалов в памяти самостоятельно содержать жильё он уже не может. Одним знакомым, например, с лёгкой руки подарил плазменный телевизор.

Через три недели придёт время выходить из хосписа, до этого момента жизненно необходимо найти Анатолию Васильевичу специальный пансионат. Оказавшись на улице, он почти наверняка попадёт к мошенникам.

Анатолий Васильевич сидит на кровати в чёрном свитере, в чёрных тёплых носках, глаза покрасневшие. Смотрит на меня и говорит:

– Куда моё время идёт? Сейчас звонила моя подруга, сказала: разрежут меня, посмотрят, что есть внутри. Хотят меня ремонтировать, посмотреть, что там есть. А я не чувствую ничего абсолютно, что у меня есть внутри?


Извилистая дорога Анатолия Васильевича впервые упирается в тупик: по выходе из хосписа ему некуда идти. Сейчас важно найти специальный пансионат для пожилых людей и оформить документы, чтобы долгий путь не прекращался.

В Первом екатеринбургском хосписе не всегда находятся те, у кого есть родные и близкие. Независимо от этого здесь ежедневно трудятся врачи и медсестры, которые поддерживают, облегчают боль и не забывают о своих пациентах даже когда те покидают его стены. Хоспису нужна ваша помощь: небольшое, но регулярное пожертвование – это очень значительно для нас. Спасибо, что помогаете.


Спасибо, что дочитали до конца!

Благотворительные организации и социальные проекты решают важнейшие социальные проблемы, с которыми не может справиться государство. Они системно помогают людям, образуют общественный диалог на тему насущных проблем, будь то социальное сиротство, социально значимые заболевания или экстренная помощь пострадавшим от насилия людям или животным.

Вы можете поддержать описанное НКО, оформив ежемесячное пожертвование по форме ниже, чтобы сотрудники могли планировать работу, расширяться и просто продолжать поддерживать тех, кому это необходимо. Спасибо за ваше неравнодушие!



Назад

Отправьте SMS на короткий номер 3443 с текстом сообщения: ЛЮДЯМ 100

«ЛЮДЯМ» - идентификатор пожертвования нашего фонда, 100 — сумма пожертвования в рублях.

Обратите внимание, что между идентификатором и суммой обязательно должен стоять пробел!

Для пожертвования конкретному проекту, укажите его название после суммы, поставив между ними пробел.

Услуга доступна для абонентов «Билайна», «Мегафона», «МТС» и «TELE2»

Комиссия с абонента — 7,5 %.
Пожертвование осуществляется на условиях публичной оферты


Уральский банк ПАО Сбербанк
БИК 046577674
к/с 30101810500000000674
р/с 40703810716540002434
ИНН/КПП 6685104760/668501001

Ф ТОЧКА БАНК КИВИ БАНК (АО)
БИК 044525797
к/с 30101810445250000797
р/с 40703810710050000610
ИНН/КПП 6685104760/668501001