Девять жизней

История человека, который за тридцать лет прожил несколько жизней

Социальный приют «Дари Добро»
Собрано: 582 277 руб. Нужно: 1 062 400 руб.
55%
Автор фото: Аня Марченкова
Автор статьи: Настя Перкина
Алексей (имя изменено по просьбе героя) живёт в приюте для бездомных «Дари добро». Ему тридцать лет, но его квартиру отобрали чёрные риэлторы. У самого Алексея ВИЧ и гепатит, он потерял обоих родителей и уже отсидел два тюремных срока.

Несмотря на то, что Алексею есть что рассказать, каждое слово из него приходится вытягивать несколькими наводящими вопросами. На всё он отвечает с усмешкой и коротко: «Да», «Нет», «Ну, бывает», «Нормально», «Не знаю», «Не помню», как будто любая, даже самая простая тема вызывает у него неприятные ассоциации или воспоминания.

photo_ivan-1.jpg
Кровать Алексея — в углу большой комнаты приюта. Над ней ряд православных икон. / Фото: Аня Марченкова для Фонда Ройзмана


Ничего хорошего

Алексей живёт в приюте «Дари добро» с августа. Его кровать стоит в углу большой комнаты, над ней полка с несколькими православными иконами — они были здесь ещё до его появления. Постель Алексея заправлена, рядом нет ничего из личных вещей: ни книг, ни наушников, ни кружки или лампы. В этой же комнате стоит телевизор, который целый день смотрят соседи молодого человека. Ему самому это неинтересно.

В этом году Алексей потерял квартиру — хотел её разменять, но ему попались чёрные риэлторы, которые буквально с оружием отобрали у него дом. Раньше там жила мама Алексея, в 2012 году её не стало: ДТП, травма позвоночника, осложнения.

— За свою жизнь я теперь меньше переживаю: когда некому по тебе горевать, то и жизнь потерять не так страшно. Очень жалею до сих пор, что так мало с мамой общался, всегда казалось, что будет ещё время. Но уже поздно. Её было труднее хоронить, хотя обоих родителей одинаково сильно любил, — говоря это, Алексей делает длинные паузы между предложениями.

Его папа был судьёй и вёл уголовные дела. Молодой человек помнит, что отцу всегда приходилось много работать: по ночам он разбирал кипы дел, читал и заполнял бумаги. Умер он в 2008 году от сахарного диабета. Мама Алексея была преподавателем английского в школе. Оба родителя часто были заняты. Тем не менее молодой человек помнит их как любящих, внимательных и заботливых:

— Мне хватало внимания и заботы в детстве. Этого много было. Мне всегда давали возможность выбирать, мама и папа старались мне дать лучшее и воспитать лучшие качества. Они учили меня жить по справедливости, быть добрым к людям. Я и сейчас стараюсь жить так.

photo_ivan-19.jpg
По лестнице красного дерева спускаются подопечные приюта. На втором этаже живут те, кто может ходить. / Фото: Аня Марченкова для Фонда Ройзмана

Его родители мечтали, что он получит высшее экономическое образование, но кроме колледжа он так нигде и не учился. В детстве он много занимался спортом, ходил на борьбу, ездил на соревнования — в основном по России. Однажды ему довелось побывать в Южной Корее — оттуда он привёз победное третье место. Тогда ему было десять лет — 1997 год. В 2004 он получил первый тюремный срок.

— Ничего хорошего тюрьма не даёт. Разве что свободу начинаешь больше ценить, стараешься не делать ничего, что может её снова отнять. Сейчас мне стыдно за то, что я совершил, и тогда было стыдно, но не тюрьма меня заставила об этом задуматься.

Когда молодого человека в пятнадцать лет посадили в Кировградскую детскую колонию за тяжкое преступление, спустя пару лет ему удалось выйти по УДО. После этого срока часть семьи отвернулась от него. Родители приняли сына и простили, но мамина сестра, которая жива до сих пор, разорвала связь с Алексеем, когда умерла его мама. Сейчас он совсем один и только иногда общается с родителями двух своих школьных друзей. Они тоже умерли несколько лет назад.

photo_ivan-22.jpg
В приюте у Алексея почти нет личных вещей./ Фото: Аня Марченкова для Фонда Ройзмана


Юность

С друзьями Алексей проводил отрочество и юность в одном из спальных районов Екатеринбурга:

— Ничего мы не делали. Так, пьянки-гулянки в основном. Пошли по наклонной все в итоге, — вспоминает Алексей. Второй срок он получил за то, что вскрыл машину и что-то оттуда украл.

— Воруют не от хорошей жизни. Я жалею, что так произошло, но тогда это был способ заработка у многих. И я не стал исключением, — о тюрьме Алексей говорит сухо, он старается не вспоминать это время. Выйдя из тюрьмы, Алексей поселился у мамы. Тогда молодой человек много времени проводил в ночных клубах, там же он попробовал наркотики.

— Я старался делать так, чтобы мама не догадалась о том, что я делаю. Но любой хороший родитель сразу заметит, что с его ребёнком что-то не так. Мы никогда об этом не говорили, но я уверен: она всё понимала и делала вид, что не замечает. Я же старался не приходить домой под действием наркотиков. Мне было стыдно вести эту двойную игру, но остановиться было сложно: не хватало впечатлений в жизни, мы с друзьями черпали их в веществах. Сейчас мне это неинтересно, я не люблю даже говорить об этом.

photo_ivan-71.jpg
В пятнадцать лет Алексей получил первый срок. Освободился по УДО и через некоторое время сел снова. / Фото: Аня Марченкова для Фонда Ройзмана


В 2015 году Алексей узнал, что у него ВИЧ. Заразился он, скорее всего, через иглу. Сейчас он принимает антиретровирусную терапию:

— Мне мой ВИЧ-статус не мешает жить почти. Это лишний повод следить за своим здоровьем и вести нормальный образ жизни. В интимном плане теперь сложно. И сложно устроиться на работу.

На последней работе коллеги увидели препараты Алексея, и его уволили: начальство испугалось, что он может умереть на рабочем месте.

— Мне сейчас всё равно, где работать. Но хочется уже начать зарабатывать деньги и жить в своём доме. Хочется иметь семью, но я пока не представляю, как именно она должна выглядеть. Главное, чтобы было уважение, взаимопонимание, любовь. Семью легко создать, но сохранить её сложно. И дома пока нет у меня.

Не совершать ошибок

Сейчас идёт следствие: квартиру, которую у Алексея силой забрали чёрные риэлторы, можно вернуть, но это непросто. В подробности дела молодой человек не углубляется: пока идёт разбирательство, лучше этого не делать.

— Без дома быть страшно. Оказаться на улице не хочется никому. Мне в соцзащите рассказали про этот приют, и я тут же сюда переехал. Куда я бы пошёл, если бы не этот дом, я не представляю. Я нормально себя тут чувствую, но хочется уже иметь своё жильё. Вообще я мечтаю уехать жить в Индию: мне близок индуизм, я много читаю книг по эзотерике, увлекаюсь восточными мистиками.

photo_ivan-53.jpg
Алексей хотел бы вернуться к жизни, как у всех. Той, где есть семья, увлечение Индией, а главное — дом. / Фото: Аня Марченкова для Фонда Ройзмана


Алексей носит крестик, но не причащается и не молится, когда в приют приходят волонтёры православной службы:

— Кришна и Христос учили людей одному и тому же, поэтому я не вижу смысла отрекаться от православной церкви и уходить с головой в индуизм. И снимать крестик я не хочу: мои родители были крещёнными, поэтому пусть он останется со мной. Но восточные практики позволяют отречься от земного.

— А как же преступления? Это ведь противоречит учениям христианства и индуизма.

— Да. Ну, бывает.

— Как вы чувствуете: получится не совершать больше преступления?

— Преступления не были моей целью. Их совершают не от хорошей жизни. Но от сумы и тюрьмы не зарекайся — поговорка есть такая. Я на своём опыте убедился в этом. Меня не терзают призраки прошлого. И о будущем я не думаю. Сейчас я стараюсь поступать правильно в настоящем: если ты сегодня не совершаешь ошибок, то тебе нечего стыдиться за «вчера» и незачем волноваться за «завтра».

Социальный приют «Дари добро» даёт крышу над головой тем, кто её потерял по разным причинам. У кого-то, как у Алексея, отняли дом, кого-то бросили родные, кто-то вернулся из тюрьмы и обнаружил, что его никто не ждёт. В приюте много пожилых людей, много тех, за кем нужно постоянно ухаживать — они не могут делать этого самостоятельно. Алексей — один из немногих молодых людей в приюте, и у него есть все шансы вернуться в собственный дом, жить обычной жизнью. Пожалуйста, подпишитесь на регулярное пожертвование для «Дари добро» в форме ниже. Это — единственное место в Екатеринбурге, куда может прийти человек с любой бедой и не замёрзнуть на улице.

919

Помочь проекту

Через интернет

SMS с кодом

Через сбербанк

Банковской картой или электронными деньгами

Регулярные списания с вашей банковской карты или PayPal для поддержки проекта Социальный приют «Дари Добро» будут списываться пока не будет собрана вся требуемая сумма. После завершения сбора средств ваши автоматические пожертвования будут перенаправлены на следующий сбор в рамках такой же категории нуждающихся или на уставные цели фонда.

Единоразовое пожертвование в пользу проекта Социальный приют «Дари Добро».

Я хочу пожертвовать: 100 руб.

Отправьте SMS на короткий номер 3443 с текстом сообщения: ЛЮДЯМ 100

«ЛЮДЯМ» - идентификатор пожертвования нашего фонда, 100 - сумма пожертвования в рублях.

Обратите внимание, что между идентификатором и суммой обязательно должен стоять пробел!

Для пожертвования конкретному проекту, укажите его название после суммы, поставив между ними пробел.

Услуга доступна для абонентов: sms

Комиссия с абонента - 0%.
Пожертвование осуществляется на условаях публичной оферты

Скачайте и распечатайте квитанцию, заполните необходимые поля и оплатите ее в любом отделении банка.

Скачать квитанцию

Пожертвование осуществляется на условаях публичной оферты

Напомнить

Напоминать сделать пожертвование в другое время

Частота напоминания

Собрано: 582 277 руб.
Нужно собрать: 1 062 400 руб.